По пути Арсения Коневского

Главная / Монастырь сегодня / Статьи / По пути Арсения Коневского

По пути Арсения Коневского

В 1993 г. русская православная церковь отмечала 600-летие Коневского монастыря, который наравне с Валаамским был главным оплотом Православия на Карельской земле. Его основатель — преподобный Арсений, один из самых почитаемых святых Карелии и восточной Финляндии — пришел на остров Коневец, перейдя «Великое озеро Нево» на парусной ладье.

Летом 1997 г. на Ладоге проходила экспедиция, связанная с деятельностью преподобного Арсения. Петербургский историк Андрей Епатко предпринял попытку восстановить ход его плавания. С восемью товарищами он вышел из устья Волхова в Ладогу на копии весельно-парусной древнерусской ладьи, названной в честь основателя монастыря (подробно о постройке — см. «КиЯ» No 163, а упоминание о плавании на ней в Англию — в No 167). Условия плавания были максимально приближены к XIV веку: на 9.5-метровой деревянной лодке отсутствовали мотор и связь с внешним миром… 

Предоставляем слово руководителю этой экспедиции.

 * * * 

Пять лет назад мы — несколько друзей — посетили Коневский монастырь. Гостеприимство монахов поразило: нам отвели место в братской трапезной, предоставили ночлег. Сам игумен монастыря отец Назарий водил нас по острову, рассказывая о прошлой и настоящей жизни обители, благословил на обратный путь… Оказалось, что такое заведено еще со времен преподобного Арсения. 

Что же это был за человек, заповеди которого вот уже шесть веков соблюдаются на маленьком островке, затерянном в море-озере? 

Инок Арсений был уроженцем Новгорода, хотя кто были его родители и когда он родился — неизвестно. В житии преподобного кратко сообщается, что, решив посвятить себя служению Богу, он удалился в Лисогорский монастырь. В 1390 г. отправился в Грецию, на Афон, где продолжал подвижнические подвиги, а три года спустя задумал вернуться на родину и основать свою обитель. 

Снарядив маленькую парусную лодку, Арсений спустился по Волхову на «Великое озеро Нево». Согласно монастырскому преданию, управляясь с лодкой в одиночку, он пошел на север, держась ближе к восточному побережью. Пройдя несколько островов, не подходящих для его цели, добрался до Валаамской обители, но «по причине многолюдной братии» решил идти дальше и искать уединенные места. Арсений достиг острова Коневец, но близость материка смутила его. Он направился в северо-западную часть озера, где его суденышко попало в шторм и было отброшено к устью Вуоксы. Переждав непогоду, Арсений хотел было опять идти на северо-запад, но встречный ветер заставил его повернуть обратно, и он снова оказался на Коневце. Пустынник принял это как знак. Он поселился на возвышенном месте, названном впоследствии Святой горой, водрузил здесь крест и срубил келью. Так начался Коневский монастырь. Преподобный Арсений умер здесь в 1444 г., прожив в основанной им обители 51 год. 

Меня заинтересовался личность основателя Коневского монастыря и в особенности — путь Арсения из Новгорода на Коневец. Многое казалось странным и даже загадочным. Например, сам заход на Валаамскую обитель в рукописных списках жития почему-то нигде не упоминается. Вряд ли Арсений проделал путь по бурной и коварной Ладоге в одиночку. Как мог новгородский инок без единого спутника управлять парусной лодкой, выгребать против встречного ветра, приставать к островам? Размеры ладьи никак не могли быть малы: согласно преданию, инок вез на ней «многое, потребное для создания монастыря». 

Словом, размышления обо всех этих загадках Коневского монастыря и натолкнули меня на мысль построить копию средневекового судна и полностью повторить маршрут Арсения. 

Невольно возникал вопрос: на судне какого же типа пришел Арсений на Коневец? В итоге мы решили остановиться на ладожской двухмачтовой сойме, изображения которой дошли до нас на иконах XVI века. После долгих поисков мы нашли человека, который взялся строить такое судно, оно было построено и в 1997 г. спущено на воду. Уже через месяц мы стали готовить лодку к путешествию по Ладоге, в этом нам здорово помогли строители фрегата «Штандарт», которые и составили команду соймы. Нелегкую обязанность капитана возложил на себя Сергей Фантаст, молодой моряк, много ходивший на парусных судах. 

Наша экспедиция началась в Новой Ладоге: именно отсюда, из устья Волхова, более чем шесть столетий назад Арсений вышел в озеро. Мы намеренно оказывались почти в равных с ним условиях: отказавшись от мотора, не имея возможности получать прогнозы, мы целиком зависели от погоды. А она нас не радовала с самого начала: с озера дул очень сильный встречный ветер. Наш «Св. Арсений», готовый к выходу, двое суток покачивался у причала новоладожского яхт-клуба. Только вечером 20 июля мы смогли отдать швартовы. Озеро встретило нас грозой, волна была около метра. 

Как и Арсений, мы планировали двигаться вдоль восточного побережья, по возможности не теряя землю из виду. Но все оказалось сложнее. Усилившийся встречный ветер так и не дал нам поднять паруса. Ничего не оставалось делать, как взяться за весла и грести к маленькому острову Сухо, расположенному в 30 км от Новой Ладоги. Лишь к утру мы дошли до острова и на подходе к нему плотно сели на камни. Только с большим трудом нам удалось столкнуть лодку с камней и подойти к берегу. Остров оказался необитаемым. Смотрители маяка, когда-то жившие на Сухо, давно покинули его. 

На рассвете мы со всеми предосторожностями отошли от Сухо и подняли было паруса. Слабый южный ветерок подхватил «Св. Арсения» и позволил нам взять курс на север. Однако вскоре снова поднялся встречный ветер, Ладога потемнела. Все понимали — надвигается шторм. Мы надели спасательные жилеты и взяли курс на северо-восток — это была единственная возможность нести паруса. Прямо по курсу я различил в бинокль вспышки маяка. Карта показывала, что нас несет к одному из самых опасных на Ладоге мест — Стороженскому рифу. Вскоре маяк затянуло дымкой, видимость пропала, и наше положение стало еще более серьезным. 

Не знаю, помогла ли нам икона преподобного Арсения, которую мы взяли с собой, или это была благоприятная случайность, но через час ветер стал заходить и задул с востока: мы выбрали втугую шкоты и опять развернули сойму на север. Было решено использовать попутный ветер и идти не прямо на Валаам, а к острову Мантсинсаари, что находится на той же широте. 

Штормило всю ночь. Мощные валы, несущиеся по озеру, легко вздымали и опускали ладью. Берег давно пропал из виду. Теперь мы отчетливо осознавали, что наша жизнь зависит от мореходности лодки и судостроительного искусства древних ладожан. Кто знает, сможет ли выдержать открытая деревянная лодка такой шторм? 

Тем временем «Св. Арсений», накренившись, уверенно шел по волнам. Наполненные ветром паруса увлекали нас все дальше на север. 

К острову Мантсинсаари мы подошли только на другой день. После тяжелого ночного перехода команда нуждалась в отдыхе. Мы разбили на берегу лагерь, а вечером даже попарились в бане у знакомого фермера, живущего в глубине острова.

Утром с легким попутным ветром мы направились к Валаамскому архипелагу. Была прекрасная видимость, и я четко различал в бинокль вертикальный силуэт знаменитого монастыря, когда послышались раскаты грома, и черные тучи, нависшие над Ладогой, стали приближаться к нам. Ветер быстро усиливался, озеро покрылось белыми гребнями. Пришлось укрываться от волн за скалистым островом Лембос и уже на веслах входить в тихую бухту. 

На следующее утро «Св. Арсений» с гордо поднятыми парусами направился к острову Святой. Сейчас мало кто знает, что именно на этом острове возник Валаамский монастырь. Его основатели чудотворцы Сергий и Герман были вынуждены несколько лет обживать этот клочок земли, так как на большом острове тогда жила «бесослужительная корела». 

Я смотрел на вековые ели и думал об Арсении Коневском. В самом деле, могла ли на пустом месте возникнуть легенда о посещении им Валаама? Если преподобный действительно шел на север вдоль восточного побережья Ладоги, то он мог попасть на Коневец только через Валаамский архипелаг. Возможно, как раз на Святом острове он и застал валаамское братство, смутившее его своей многочисленностью. 

Мы тоже встретили здесь валаамских монахов. Молодой инок водил нас по острову, показывая, как идут работы по восстановлению скита Александра Свирского. Видели мы и каменную пещеру, где, по преданию, жили Сергий и Герман. 

Был уже вечер, когда «Св. Арсений» входил в Монастырскую бухту Валаама. Мы не торопясь гребли вдоль красноватых скал, слушая перезвон колоколов, разливающийся над лесом. За зеленой листвой показались голубые купола Спасо-Преображенского собора… 

Мы собирались провести здесь два дня, но остров не отпускал нас целую неделю. В северное Приладожье вторгся мощный циклон, принесший с собой грозы и сильный ветер, Ладога обрушивала на скалы свои ледяные валы. И на все это время «Св. Арсений» и несколько яхт оказались запертыми в бухте. (Уже по окончании похода я узнал, что одно из судов, соседствовавших тогда с нами, на обратном пути погибло: яхта «Емеля» налетела на мель в южной части Ладожского озера, экипаж спасся на «Пелле».) 

Видя, что наша экспедиция начинает затягиваться, мы провели ревизию продуктов. Выяснилось, что их хватит на четыре дня. Команда не растерялась — дружно принялась ловить рыбу. А скоро появился верный признак улучшения погоды — чайки стали садиться на воду. 

Утром 31 июля мы подняли паруса и начали завершающий этап экспедиции — переход Валаам — Коневец. Ветер снова дул точно навстречу, поэтому пришлось брать курс на запад, пытаясь приблизиться к материку (известно, что и Арсений пережидал шторм где-то здесь, в устье Вуоксы). Но вскоре ветер как-то неожиданно совсем стих. Мы взялись за весла и семь часов гребли до острова Воссинойсаари, где надеялись встать на ночь. Однако высаживаться на берег не пришлось: все так же неожиданно задул попутный ночной бриз, и мы сочли за благо воспользоваться им и идти прямо на Коневец. 

Эта ночь мне запомнится надолго. Уставшие люди, спящие на дне деревянной ладьи, любопытные тюлени за кормой и, наконец, смутные очертания Коневца, увиденные под утро… 

В полдень «Св. Арсений» шел вдоль западного побережья острова, окаймленного песчаным обрывом и могучими соснами. Среди зеленых вершин виднелись монастырские строения и ржавый купол над лесом. Казалось, вечная тишина и покой сторожат это святое место. 

«Св. Арсений» ошвартовался у небольшого причала в виду Коневского монастыря. Монахи с большим интересом отнеслись к нашему прибытию. Наместник монастыря отец Дмитрий лично спустился в сойму, чтобы осмотреть конструкцию лодки. 

На следующий день после освящения соймы мы посетили Рождественский собор. Здесь, глубоко под спудом, покоятся мощи святого Арсения, который завещал братии: «Странных и всех приходящих трапезою учреждати и потребным напутствовати». 

Подводя итоги нашей экспедиции, следует сказать, что копия ладожской соймы показала отличные мореходные качества. Следуя легендарным маршрутом Арсения, мы прошли под парусами почти 200 миль. Если взглянуть на карту Ладоги, легко убедиться, что такой путь на Коневец — самый дальний из всех возможных. Но ведь ясно, что преподобный не шел целенаправленно — именно к Коневцу, он скитался по Ладоге в поисках подходящего острова. С другой стороны, недавно обнаруженное «Сказание о Валаамском монастыре» подтверждает существование ранних контактов между Валаамским и Коневским монастырями: «Оба святых основателя — валаамский Сергий и коневский Арсений — когда во плоти жили, имели меж собой совершенную Христову любовь». 

Разумеется, одно наше плавание еще не доказывает факта посещения Арсением Валаама. Однако мы наглядно показали, как легендарный маршрут поисков места для новой обители приводит на Коневец. 

А. Епатко, 

аспирант Государственного Эрмитажа 

© «КАТЕРА И ЯХТЫ», No171 за 2000 г.